Āraṇyaka Saṃhitā of the Sāmaveda p104

p104

1 ст. — Стихъ посвященъ Индрѣ; срав. Nâig.-Dâivata. Бенфей переleuchtenden, den Parushni’s, die strahlende“ ⁴³). Слово parushṇîshu, дѣйствительно, можетъ затруднять въ этомъ стихѣ, хотя я полагаю, мой переводъ вѣренъ. Parushṇî есть собственно женск. родъ отъ прилагательн. parusha „узловатый; пестрый“ и т. д., и это же значеніе удержано для него Ротомъ и Грассманомъ въ нашемъ стихѣ. Послѣдній предполагаетъ, что существит. goshu подразумѣвается здѣсь (такъ же думаетъ и Ротъ?) и потому переводитъ это мѣсто, вѣроятно, такъ: „ты держалъ въ черныхъ и красныхъ коровахъ и въ пестрыхъ это блестящее молоко“. Я не могу, однако, принять этого перевода, такъ какъ, во-первыхъ, мнѣ кажется непонятнымъ переносъ эпитета parushṇîshu во вторую часть стиха, и при томъ безъ соединительнаго союза, хотя выше употреблено ca, а во-вторыхъ, истинное значеніе здѣсь слова parushṇîshu вполнѣ опредѣляется изъ одного параллельнаго мѣста. Въ стихѣ RV. 1, 62, 9 мы читаемъ: âmâsu cid dadhishe pakvam antaḥ payaḥ kṛshṇâsu ruçad rohiṇîshu, „и ⁴⁴) въ коровъ вложилъ ты готовое молоко, въ черныхъ и красныхъ—блестящее.“ Такимъ образомъ по смыслу этотъ стихъ вполнѣ совпадаетъ съ нашимъ мѣстомъ, и слову parushṇîshu здѣсь соотвѣтствуетъ âmâsu, которое въ этомъ случаѣ не можетъ быть переводимо иначе, какъ „въ коровъ“ или собственно „въ коровахъ“ (глаголъ dhâ имѣетъ при себѣ мѣстный падежъ); срав. Бетлингка и Рота, а также Грассмана. Прилагательн. pakva, которое я передаю словомъ „готовое“, значитъ соб-