Āraṇyaka Saṃhitā of the Sāmaveda p118

p118

махъ, какъ nâma=nâmâ (передъ бывшей нѣкогда носовою), nâmâni, часто бываетъ краткою въ Ведахъ. Какъ бы то ни было, я долженъ оставить не рѣшеннымъ вопросъ о томъ, на сколько можно предполагать ошибку въ случаяхъ, подобныхъ нашему, и на сколько это явленіе, дѣйствительно, допускалось языкомъ. Срав. у Боллензена о несогласованіи подлежащаго съ сказуемымъ въ средн. родѣ. 6 ст.—Здѣсь разумѣются небесныя воды, изъ которыхъ родился Агни. 7 ст.—Подобнымъ же образомъ въ RV. 1, 35, 1 Ночь называется успокоительницею живаго міра (hvayâmi râtrîm j́agato niveçanîm, „призываю Ночь, успокоительницу живаго міра“), а въ одномъ изъ стиховъ, составляющихъ прибавку (khila) къ гимну RV. 10, 127, ей дается названіе sarvabhûtaniveçanî, „успокоительница всѣхъ существъ“. Sam îrtsati есть дезидеративъ отъ sam ardh. 8 ст. Представляю здѣсь переводъ соотвѣтствующаго стиха Ригведы: „Мощь сильнаго краснаго богатыря (т. е. Агни) стану прославлять я теперь,—владычество Джатаведаса. Къ гостю всѣхъ людей новая чистая молитва, будто Сома, свѣтло течетъ, пріятная для Агни“. Vṛshan (корень vars, сскр. varsh spargere) обозначаетъ собственно обладающаго мужскою силою, самца, мужчину; отсюда явились значенія: „сильный, могучій, богатырь“. См. объ этомъ словѣ у Макса Мюллера, Rig-Veda-Sanhita translated and explained, стр. 121 и слѣд. Что касается praksha=pṛksha, то при переводѣ его можно колебаться между двумя значеніями: „сильный, крѣпкій“, и „быстрый“. Петерб. Словарь замѣчаетъ по поводу pṛksha ⁹⁰) слѣдуюmit Speise versehen.“ Я думаю, что индійскіе комментаторы были правы въ томъ отношеніи, что слово praksha, pṛksha стоитъ, дѣйствительно, въ связи съ pṛksh, часто втрѣчающимся въ Риг-