Āraṇyaka Saṃhitā of the Sāmaveda p138

p138

сравненія другіе глаголы на ç, приставляющіе флективныя окончанія къ корню, а не къ основѣ на - a. Такіе глаголы есть, конечно, хотя и не въ большомъ числѣ, но трудно найти примѣры именно для 2-го лица. На основаніи тѣхъ данныхъ, однако, какія есть (изъ Ригведы: dadṛkshe, 2-е л. ед. ч. медіума въ прош. соверш., отъ darç; nakshi, ведійск. повелит. наклоненіе, 2-е л. ед. ч., отъ naç), можно думать, что отъ глагола îç правильною формою 2-го л. ед. числа мед. наст. вр. должно было быть îkshe. Эта форма, дѣйствительно, существуетъ въ языкѣ, хотя встрѣчается далеко не такъ часто (въ Ригведѣ только два раза), какъ îçishe. Санскритскія грамматики говорятъ, что ç передъ s въ срединѣ словъ должно измѣняться въ k (за исключеніемъ нѣкоторыхъ именъ, гдѣ является ṭ передъ падежнымъ s), но правильнѣе, конечно, объяснять это k остаткомъ той эпохи, когда звукъ ç еще не существовалъ; другими словами, въ сочетаніи ks k не могло измѣняться въ ç. Такимъ образомъ форма îkshe можетъ восходить прямо къ первоначальн. îk-sai, точно такъ же какъ, напр., въ мѣстномъ падежѣ множ. ч. dikshu, отъ diç, я вижу въ k не измѣненіе ç, но звукъ первоначальный. Очевидно, однако, что такія формы, какъ îkshe, могли съ теченіемъ времени показаться неудовлетворительными; основа глагола была (не въ теоретическомъ только отношеніи, но и для чутья говорившихъ) уже не îk, а îç, и вполнѣ естественны поэтому попытки перенести эту основу и во 2-е л. ед. ч. Но сочетаніе çs (или çsh) оказывалось труднымъ или даже невозможнымъ, и языкъ долженъ былъ выбирать между двумя средствами: полнымъ уподобленіемъ согласныхъ (т. е. исчезновеніемъ одной изъ нихъ) или же вставкою гласной, не имѣющей никакого этимологическаго значенія. Послѣднее средство употреблено было при образованіи формы îçishe, какъ и вообще гласная i съ теченіемъ времени получаетъ въ санскритѣ господство въ качествѣ „соединительной“ гласной въ собственномъ смыслѣ этого термина (срав., напр., 2-е лице ед. числа дѣйств. зал. въ прош. соверш.). Понятно, что когда второе изъ упомянутыхъ выше средствъ получило въ языкѣ преобладаніе по какимъ бы то ни было причинамъ, не было уже никакой необходимости обращаться въ данномъ случаѣ къ ассимиляціи согласныхъ. Но не такъ было первоначально, когда языку предстояло еще выбирать между двумя средствами: въ эту эпоху рядомъ съ îçishe могла быть образована и форма îçe (îç+se), которая тѣмъ скорѣе вышла изъ употребленія, что ничѣмъ не отличалась