Āraṇyaka Saṃhitā of the Sāmaveda p219

p219

чалось отъ 1-го ед. ч. количествомъ гласной, такъ какъ въ 3-мъ л. мн. ч. - u есть гласная долгая (ú); это возраженіе потеряетъ, однако, свою силу, какъ скоро мы припомнимъ, что во множествѣ случаевъ оба лица все таки должны были совпасть (напр. tiahnu), вслѣдствіе извѣстнаго закона, дѣйствующаго въ словацкомъ языкѣ по отношенію къ долготѣ гласныхъ. Формы 1-го л. ед. ч. и 3-го множ. стоятъ на столько далеко одна отъ другой по своему значенію, что ихъ звуковое тождество могло бы не препятствовать одновременному существованію pletu, 1-го л. ед. ч., и pletu, 3-го л. множ. ч. Въ такомъ бы положеніи дѣло, вѣроятно, и оставалось (какъ оно дѣйствительно можетъ оставаться въ нѣкоторыхъ нарѣчіяхъ), еслибъ не оказали вліянія тѣ глаголы, въ которыхъ 1-е л. ед. ч. издавна оканчивалось на -m (=ст. сл. -мь), и гдѣ, слѣдовательно, не могло произойти звуковое совпаденіе этого лица съ 3-мъ множ. ч. Понятно, что языки воспользовались аналогіею такихъ глаголовъ и, принявши -m за признакъ 1-го лица, измѣнили pletu въ pletem. То обстоятельство, что эта форма звучить pletem, а не pletum (pletom), показываетъ, что основа plete-, являющаяся въ другихъ лицахъ, ясно представлялась говорившимъ, и обращеніе pletu въ pletem казалось тѣмъ, чѣмъ оно и было въ дѣйствительности, т. е. замѣною одного окончанія другимъ, тождественнымъ по значенію и болѣе выразительнымъ со стороны звуковой. Не одни только глаголы, приставляющіе въ настоящ. времени флективныя окончанія прямо къ корню (ст. сл. есмь, вѣмь и т. д.), послужили тѣми образцами, по которымъ создана была форма pletem; но такое же вліяніе оказали и тѣ многочисленные производные глаголы, примѣромъ которыхъ можетъ служить словинск. dêlam. Относительно этихъ послѣднихъ глаголовъ нельзя уже сомнѣваться въ томъ, что окончаніе -mi въ 1-мъ л. ед. ч. настоящ. врем. существовало въ нихъ еще въ общеславянскомъ языкѣ, такъ какъ всѣ славянскія нарѣчія представляютъ формы, соотвѣтствующія словинск. dêlam, т. е. съ согласною m въ окончаніи 1-го л. ед. ч. Только въ нарѣчіяхъ старославянскомъ и великорусскомъ настоящ. время вида дѣламь, дѣламъ почти вытѣснено другимъ, параллельнымъ образованіемъ, хотя и здѣсь мы находимъ ст. сл. имаамь, имамь ⁵⁰), русск. областн. знамъ (=знаю). Та-