Āraṇyaka Saṃhitā of the Sāmaveda p90
Āraṇyakasaṃhitā p90
- Language
- Sanskrit
p90
таемо въ три слога, и подобнымъ же образомъ въ четвертой падѣ слово paprâs произносится какъ трехсложное, т. е. papraas. (срав. praas въ Ригведѣ). Послѣднее не требуетъ особеннаго поясненія, такъ какъ á очень часто произносится въ Ведахъ аа (иногда áa или aá). Что же касается чтенія rodası̂ á въ три слога, то оно можетъ быть достигнуто двоякимъ образомъ: или черезъ обращеніе ı̂ въ y, или черезъ синицезу ı̂ (которое переходитъ въ i) и á. Противъ перваго можно было бы замѣтить, что ı̂ въ окончаніи двойствен. числа есть „pragṛhya“, т. е. не подлежитъ законамъ „sandhi“; но исключенія изъ этого правила были извѣстны уже авторамъ древнеиндійскихъ трактатовъ о фонетикѣ Ведъ, и мы съ своей стороны имѣемъ, конечно, право распространять эти исключенія и на такіе случаи, которые не указаны въ Пратишакhьяхъ, какъ скоро метръ настоятельно требуетъ того. Поэтому, напр., Кунъ ³) въ ст. Ригведы 3, 6, 10 измѣняетъ prâcı̂ въ prâcy (prâcı̂ adhvareva), и это же можетъ быть принято въ ст. Ar. 5, 9=RV. 6, 52, 14 для слова rodasî: ubhe rodasî (=rodasy) apâm napât ca manma. Но въ нашемъ мѣстѣ противъ обращенія rodası̂ á въ rodasy á можно замѣтить, что предпослѣдній слогъ пады (a передъ sy) получается въ такомъ случаѣ долгій, между тѣмъ какъ метръ требуетъ здѣсь краткаго слога. Правда, наше знакомство съ ведійскою метрикою пока еще такъ недостаточно, что нашлось бы оправданіе и для этой неправильности: Кунъ указываетъ на два примѣра, въ которыхъ группа sy не дѣлаетъ позиціи, и подобное же явленіе наблюдаетъ онъ для çy ⁴). Я считаю, однако, болѣе вѣрнымъ не опираться на эти аналогіи и предпочитаю для нашего стиха то объясненіе, къ которому часто прибѣгаетъ Максъ Мюллеръ ⁵), т. е. синицезу. Можетъ быть, Максъ Мюллеръ даетъ уже слишкомъ большое значеніе синицезѣ въ Ведахъ, но въ нѣкоторыхъ случаяхъ, какъ мнѣ кажется, дѣйствительно, трудно обойтись бесъ нея. Dı̂dhṛkshema есть желательное наклоненіе дезидератива отъ darh; въ Петерб. Слов. этой формы нѣтъ. Rodası̂ obhe (т. е. á ubhe) значитъ собственно: „до неба и земли, обоихъ міровъ“.