Samavedaranyaka p142

p142

Vấja имѣетъ въ Ведахъ нѣсколько значеній, и я различаю два слова vấja, которыя восходятъ къ одному и тому же корню vag = ug „рости, увеличиваться“; срав. ugra сильный, ójas сила, а также лит. augti рости, лат. augeo, готск. aukan умножать, греч. αὐξάνω; др. бактр. vaz укрѣплять (въ санскритѣ vấjay), лат. vegere, vigil, готск. vakan бодрствовать (собств. „быть въ силахъ“). 1) vấja (др. бактр. vâza) „сила, крѣпость“; „сильный, крѣпкій“, откуда развились значенія „быстрота“ (какъ проявленіе силы), „быстрый“, при чемъ „быстрый“ обратилось въ нарицательное названіе коня; 2) vấja „обиліе, богатство“ и потому также „военная добыча“. Что касается vấja „состязаніе, битва“, то оно должно быть объясняемо, вѣроятно, изъ втораго vấja, черезъ посредство понятія „добыча“; срав. dhana „ставка, добыча“ и „состязаніе, битва“. Индійская традиція даетъ слову vấja въ Ведахъ значеніе anna, т. е. „пища“, и для нѣкоторыхъ мѣстъ это, дѣйствительно, можетъ быть принято (срав. Петерб. Словарь), но я уже говорилъ выше о той связи, какая существуетъ между понятіями „сила, крѣпость“ и „пища“. Въ нашемъ стихѣ я понимаю vấja какъ „богатство“ или „добычу“, но Петерб. Словарь объяснилъ бы его, вѣроятно, иначе, если судить по тому, что слово vấja въ соединеніи съ прилагат. sthavira приводится здѣсь только въ значеніи „скаковая лошадь“ (Renner). Ни въ одномъ изъ трехъ примѣровъ, указанныхъ тамъ (RV. 6, 1, 11; 6, 37, 5; 7, 93, 2), я не вижу, однако, чтобы смыслъ, дѣйствительно, требовалъ переводить vấga sthavira: „крѣпкій конь“; съ такимъ же правомъ, если не съ бо́льшимъ, vâga могло бы быть понято въ значеніи „богатство“, точно такъ же какъ и въ нашемъ стихѣ это послѣднее значеніе кажется болѣе подходящимъ. Сила и богатство составляютъ обыкновенные предметы ведійской молитвы, и нѣтъ никакой причины думать, чтобы изъ всего богатства, какое человѣкъ желаетъ получить, здѣсь назывался только „крѣпкій конь“. Само собою разумѣется, что вмѣсто „богатства“ мы можемъ поставить и „добычу“, особенно если примемъ во вниманіе окончаніе стиха. Прилагательное sthavira не можетъ служить препятствіемъ къ тому, чтобы vága было понято въ нашемъ стихѣ (а равно и въ тѣхъ трехъ, которые указаны выше) въ значеніи „богатство“. Sthavira значитъ „плотный, крѣпкій, сильный“ (собств. „стойкій“) и встрѣчается въ Ригведѣ особенно часто какъ эпитетъ Индры (напр. 3, 46, 1; 6, 32, 1; 6, 47, 8; 10, 103, 5 и т. д.). Само собою разумѣется, что это же прилагательное могло употребляться и о богатствѣ, и невозможность сохранить въ переводѣ значенія „крѣпкій, сильный“ ничего еще не доказываетъ, такъ какъ при употребленіи словъ въ переносномъ значеніи каждый языкъ идетъ своимъ путемъ. Припомнимъ, что напр. въ Ar. 1, 1 мы встрѣтили ógiṣhṭha „наисильнѣйшій“ въ качествѣ эпитета при çravas „слава“. Наконецъ, прямое подтвержденіе того, что sthavira могло употребляться съ словами, означающими „богатство“, мы находимъ въ прилаг. sthûra (откуда sthûla) „плотный, крѣпкій“ ¹³⁶). По образованію и по основному значенію sthûra есть варіантъ sthavira, такъ какъ оба слова образованы отъ корня stu=sta „стоять“, съ суф. •ra. Это-то прилагат. sthûra мы встрѣчаемъ въ соединеніи съ ratna „сокровище, богатство“, напр. въ RV. 6, 19, 10, гдѣ оно должно быть переводимо, конечно: „обильный“; срав. далѣе sthûram râdhas „обильный даръ“ въ RV. 8, 4, 19, а равно и обыкновенное значеніе sthûla (изъ sthûra): „толстый“. Эти аналогіи, я надѣюсь, достаточно оправдываютъ мой переводъ. Vṛtreshu въ нашемъ стихѣ я перевожу: „въ битвахъ“, хотя собственно vṛtra значитъ „врагъ“ (см. выше). Въ крайнемъ случаѣ можно было бы удержать это значеніе и здѣсь („у враговъ сдѣлай намъ противниковъ легко поражаемыми“), но я не видѣлъ въ этомъ необходимости, такъ какъ vṛtreshu и въ другихъ мѣстахъ